Читаем без скачивания Ну и что, что тролль[СИ] - Д Кузиманза

— Нда-а, ничего не поделаешь…

Зажал нос и глотнул. Скрутило его так, что согнулся пополам, но выдержал и устоял на ногах.

— Вкусно?

— Как изысканнейшее вино. Когда-нибудь дам попробовать.

Взялся за рукоять меча, клинок зашипел, выныривая из черных ножен. Они вошли в ворота и оказались в полной темноте.

— Видишь? — спросил тихо.

— Да. А что будешь делать ты?

— Готово! Я тоже вижу.

Видел всё так чётко и ясно, словно кто-то в замке зажёг сто факелов: отвратительная на вкус микстура ночного видения действовала замечательно.

— Ещё можешь вернуться, — предложила ему Голос.

— Нет.

Зал, выложенный чёрным неполированным камнем, прекрасно выполнял роль пугала: путешественник с лампой или факелом наверняка кинулся бы наутёк от гнетущего безграничного мрака. Айвен же сразу пошел в сторону широкой лестницы. Ступени были гладкие, но не скользкие.

— Идиотский лабиринт, — пробормотал наверху площадки, глядя на семь дверей.

— Ворота за тобой еще не закрылись, — напомнила ему Голос. Проигнорировал её, из очередной сумочки вытащил круглую коробочку. Открыл крышку.

— Что это?

— Компас. Магический, — предупредил её вопрос.

— Ох…

Золотистая стрелка компаса указала на вторую справа дверь. Айвен доверял своему компасу — уже пару раз спас ему жизнь — но дверь открыл очень осторожно.

— Кажется, никого. Пошли!

Коридор сразу же начал резко поднимался вверх, а потом изогнулся, словно змея, сузился и свернул в другую сторону…

— Почему внутри рукояти тоже светится огонёк?

— Како… — Айвен запнулся. Аметист на рукояти меча сиял пурпурным блеском. — Ах…

Резко обернулся и взмахнул мечом. Что-то стукнуло, громыхнуло, хрустнуло и рассыпалось по всему полу.

— Классический скелет, — сказал с отвращением Айвен, пнув пожелтевший череп. — Я ожидал чего-то оригинальнее.

— Да? — Голос почти кричала. — Кристалл светится!

— Вижу.

Обернулся и окинул коридор внимательным взглядом, прошёл нескольких шагов… Бац! Кажется ничего его не ударило, ничего не стукнуло, не толкнуло, а он с размаху сел на пол. Пуговицы болезненно вдавились ему в грудь и живот. Заметил полупрозрачный силуэт и ловко откатился к стене.

— Так… это уже интереснее.

— Он за спиной, — предупредила его Голос.

Айвен сорвал с себя ножны и запустил ими в призрачного противника. Не целился: тот был такой большой, что только специально можно было промазать. Призрачное нечто сгустилось в лазурную тучку, застонало и скрылось за поворотом коридора.

— Готово. Это, случайно, не какой-то твой родственник?

— Я не привидение, — процедила Голос.

— Я пошутил, а ты злишься. Ну вот, никаких препятствий, новых противников, люка в полу, летящих колючек, пуль и других приятностей. Даже воздух свеж и чист. Но это-то и есть самое подозрительное!

Впереди вдруг распахнулся зал.

— Голову!..

Предостерегающий крик Голос заставил Айвена молниеносно присесть. Над головой свистнуло лезвие топора. Айвен повернулся и ударил противника снизу. Серо-зелёная бестия свалилась навзничь, едва не окатив раскалённой кровью. Айвен выпрямился и облегчённо вздохнул.

— Вернись, выйди из этого проклятого замка, я прошу тебя, — почти плача сказала Голос.

— Почему тебе так важно, чтобы я не шёл дальше? — спросил он гневно. — Ну, ответь.

— Разве непонятно? Не хочу, чтобы ты погиб.

— Потому что ты погибнешь со мной? Поэтому?

— Нет, — Голос опять разозлилась, словно возмущенная этим предположением. — Я буду жить, но в другой голове, может более разумной, чем твоя.

— И всё-таки…

— Да! И всё-таки!

Смущённый и пристыженный, Айвен почесал затылок. Было ему не по себе, как ребенку, который наозорничал. Она совершенно права. И не заслуживала злых слов. Но и он не намеревался изменять своё решение. Хотел идти дальше.

— Благодарю тебя, но я слишком близко к цели, чтобы поджать хвост.

— Никогда не бывает слишком близко.

— Думаешь? Буквально пара шагов и…

Не договорил. Обширные тёмные покои неожиданно залил ослепительный свет. Айвен отпрянул, крикнул поднимая меч и закрыл глаза.

— А теперь можешь и посмотреть на меня, человек.

Властные, холодные слова, которыми его приветствовали, произнесла не Голос, хотя говорила женщина. Айвен открыл глаза. Зал плыл в призрачном свете. На каменном троне, который словно материализовался из ослепительной вспышки, сидела хозяйка чёрного замка — Леди Бессмертия.

— Приветствую вас, госпожа, — медленно произнёс он, вкладывая меч в ножны. — Меня зовут Айвен.

— И я приветствую тебя, Айвен. Вижу, что ты имеешь много магической экипировки. Ты отлично подготовился к этой экспедиции. Перейдём, следовательно, к сути. Что ты хочешь? Я выслушаю твоё желание.

— Желание? В легенде говорится о двух желаниях!

— Легенда — не быль. Слушаю!

— Но если желание всего одно, то я должен подумать.

— Думай.

Айвен отошёл в угол и тихо спросил:

— Голос, что ты скажешь?

Но Голос молчала. Повторил вопрос громче. Ответа не дождался.

— Голос, ты где?!

— Она исчезла, Айвен!

— Почему? Что случилось? Что ты с ней сделала?!

— Вот уже мы и на "ты"? Голос ушла.

— Я не верю… вам. Или… да, верю, но верните её.

— Это и есть твоё желание?

— Это… Да, моё… желание! Голос, ты здесь?

— Да, Айвен!

Она стояла возле него…

— Голос?

— Теперь уже не Голос, а Тилли. И…

И.

Вот именно — и! И теперь он здесь, в гостинице.

Лежит в верхней, уютной, хотя и темноватой, комнате, в которую отнесли его, подчиняясь указаниям солидного хозяина, более подходящего на роль доктора философии. Ни вони, ни грязных зубов хозяина, ни чадящих светильников… Давно он не бывал в такой гостинице. Вернее, почему-то кажется, что бывал. Да, конечно, бывал, раз он маг и ехал куда-то по делу.

"Если я всё забыл, то какая мне разница: маг я или землекоп? Вторая возможность нравится даже больше, потому что держать в руках лопату — дело нехитрое. До первых мозолей, конечно. А вот кто меня научит магическим штучкам? Долгая, наверняка, эта морока. Потому что…"

Он машинально пробормотал несколько странных слов, зажёг светильник у изголовья — и в замешательстве уставился на язычок пламени, продолжающий танцевать на его указательном пальце.

"Так, спокойно, без паники! Ты же отлично знаешь, что привычные движения тело помнит и может совершать без участия сознания. Будь я землекопом, достал бы… что? — огниво? — уголёк из камина? — ну, в общем, чем там землекопы зажигают огонь. А так как я маг, то воспользовался магией".

Айвен задул огонёк и опять осмотрелся:

"Что-то кажется мне неестественным. Почему? Я владею всеми навыками, чтобы пользоваться вещами этого мира, даже их нелепыми ночными горшками. Ха! — маг легко заклинает огонь, а на горшок ходит, как простой смертный. Что-то тут недотянуто! И почему бы не уметь врачевать свои раны?"

Хотя жена говорила о какой-то Ингигерде. Это имя ему ничего не говорит. Знахарка-шептунья? Ведьма?

"Ладно, это пока может подождать. Вывод: мир мой. Что же тогда не так? Или все сомнения из-за сказочного сна? Или это не сказка, а воспоминания? Тогда выходит, что Элизабет — не моя жена? Или в той истории дело до брака не дошло? Так-так, умница Тилли, величественная Леди Бессмертия, прелестная Бесси, таинственная врачевательница Ингигерда — число женщин вокруг меня увеличивается не по дням, а по часам. А я всегда плохо переносил ситуации, в которых зависел от прекрасных и не очень дам".

Озадаченный последней мыслью, он попытался вспомнить хотя бы одну такую ситуацию в своём прошлом. Ничего, полный мрак!

"И, в конце концов, кто же меня так отделал? Бездухи? Кто такие бездухи?"

Бесси была в восторге. Айвена поместили в лучшую комнату. Гостеприимство было выше всяких похвал, а сама гостиница, которая с незапамятных времён находилась на перепутье двух торговых трактов, всегда пользовалась у купцов и путешественников огромной популярностью. И даже Ингигерда явилась по первому зову.

— Годфрид сразу же послал ей весточку! — сообщила Бесси краснолицая повариха, подавая нагретое вино. — Но какое несчастье! Муж госпожи сделал очень большую ошибку, направляясь той дорогой.

— Какая ещё дорога? О чём ты говоришь?! — взволновалась Бесси, хватая женщину за руку. — Говори всё!

— Уж я расскажу госпоже, — повариха сложила руки на груди и покивала головой. — Люди говорят, что дорога, которая идёт к северу, проклята. Потому и названа дорогой в никуда…

— Но ведь обычная же дорога.

— Да, это купеческий путь, но отходит от него одна узкая дорога, которая ведет дальше на север, а сам тракт отклоняется к востоку. Говорят, что тот, кто пойдёт той дорогой, будет проклят и превратится в чудовище. Перейдет на мрачную сторону темноты, будет бороться со всем, что является надеждой и добром. На его ладони появится странный знак — знак чудовища, в которого превратится на тринадцатом заходе солнца.